Invest-currency.ru

Как обезопасить себя в кризис?
8 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Инвестиции в возобновляемую энергетику мира

Зарубежные нефтяники увеличивают инвестиции в альтернативную энергетику

К 2030 г. инвестиции в возобновляемую энергетику (ВИЭ) могут занять до 20% от общих инвестиций крупнейших мировых нефтегазовых компаний. Развитие зеленой генерации становится частью их стратегий. Об этом говорится в новом отчете KPMG, который изучили «Ведомости».

В 2018 г. инвестиции в возобновляемую энергетику составили $334 млрд, посчитали в KPMG. Крупнейшими инвесторами в зеленую энергетику в отрасли являются международные корпорации Shell, Total, ENI, Equinor и BP – они вложили в отрасль почти $3 трлн. В 2018 г. 3–5% от общих инвестиций этих компаний приходились на ВИЭ и смежные проекты, и компании планируют увеличивать их долю.

Эксперты ожидают, что вскоре в отрасль будут активно входить и крупные национальные компании из нефтегазодобывающих стран. Так, алжирская госкомпания Sonatrach планирует увеличить инвестиции в солнечную энергетику. Развивать зеленую энергетику планируют азиатские компании Pertamina (Индонезия) и Sinopec (Китай). Национальная компания Омана PDO заявила, что до 20% ее выручки через 10 лет будет формироваться из новых направлений бизнеса – солнечная и ветряная энергия, а также энергия волн. Эксперты KPMG проанализировали стратегии компаний и выяснили, что в 2019–2023 гг. Total планирует вложить в ВИЭ до $2 млрд, или 10–15% от общей суммы запланированных инвестиций, Shell в 2021–2025 гг. вложит в ВИЭ до $4 млрд, или 8% от всех инвестиций компании. Зеленые инвестиции Saudi Aramco составят до $50 млрд до 2030 г., или 1,7% от всех инвестиций.

Потребители энергии просят изменить механизмы поддержки зеленой генерации

Для международных нефтегазовых компаний инвестиции в ВИЭ являются способом диверсифицировать бизнес и выйти на новые рынки, считают в KPMG. Такие проекты помогают им улучшать имидж и показывать обеспокоенность экологическими проблемами – загрязнением окружающей среды и глобальным потеплением. А диверсификация бизнеса позволяет снизить зависимость акционерной стоимости компаний от цен на нефть.

Диверсификация бизнеса – значимая часть стратегий многих мировых нефтегазовых корпораций, согласен руководитель направления «Электроэнергетика» Центра энергетики московской школы управления «Сколково» Алексей Хохлов. Во многом это является реакцией на климатическую повестку, приводящую к изменениям приоритетов регуляторов, потребителей и инвесторов, считает он.

Российские нефтегазовые компании еще только начинают развивать это направление бизнеса. В 2018 г. доля ВИЭ в России составила около 0,4%, или 1 ГВт (в мире – 1449 ГВт). Крупные российские нефтегазовые компании начинают включать возобновляемую энергетику в свои стратегии. Они в основном используют ВИЭ для собственных энергетических нужд, отмечает KPMG. «Газпром» в 2017 г. выработал 13,7 МВт ч зеленой электроэнергии, это 8,6% от общей выработки компании, «Лукойл» – 1 МВт ч, или 5,2%.

«Газпром нефть» реализует проект по строительству солнечных станций на своих НПЗ, пилотной площадкой стал Омский НПЗ. Стратегия «Роснефти» до 2022 г. включает использование возобновляемых источников на удаленных объектах нефтегазодобычи. «Лукойл» имеет несколько ветровых установок и участвует в проектах по строительству солнечных электростанций. В «Татнефти» установлен гибридный ветросолнечный комплекс мощностью 7,8 кВт. «Транснефть» в 2018 г. ввела две солнечные станции по 250 кВт.

Российские нефтяники больше вкладывают в ВИЭ зарубежом, считают в KPMG. Это связано с более высокой стоимостью энергии в Европе и более зрелой регуляторной средой. Например, у «Лукойла» зеленые мощности (без учета гидростанций. — «Ведомости») в Европе почти в 10 раз превышают российские (94,3 МВт в Румынии и Болгарии и 10 МВт в России), говорят в KPMG.

Незаинтересованность российских нефтегазовых компаний в развитии ВИЭ в стране связана с недостаточной господдержкой рынка, низкой рентабельностью проектов и регуляторными барьерами, включая запрет на совмещение генерации и передачи энергии (кроме как для собственных нужд), рассуждает директор группы стратегического и операционного консультирования KPMG в России и СНГ Максим Малков: «Все еще возможно участие российских нефтегазовых компаний в проектах ВИЭ за рубежом, но там выход на рынок может быть ограничен политическими рисками и институциональными барьерами».

Российские нефтегазовые компании минимально участвуют в развитии ВИЭ в России – ни одна и них не задействована в государственной программе строительства 5,5 ГВт зеленых мощностей до 2024 г., напомнил Хохлов. Для российских нефтяных компаний основной бизнес более доходный, чем возобновляемая энергетика, а низкоуглеродная климатическая повестка в России пока не так актуальна, считает Хохлов: «Но изменения в этой области постепенно начинают происходить, и российские нефтегазовые компании также начинают продумывать свои стратегии и ответные действия на мировые тренды декарбонизации энергетики».

Хотя некоторые российские нефтегазовые компании уже имеют проекты в возобновляемой энергетике, это пока скорее исключение из правил, говорит директор Ассоциации развития возобновляемой энергетики Алексей Жихарев: «Возобновляемая энергетика все еще воспринимается большинством компаний традиционной энергетики как угроза и, учитывая низкий уровень внедрения ESG принципов, а зачастую полное отсутствие практики нефинансовой отчетности, стимулов для таких инвестиций мало». Повлиять на ситуацию может ратификация Россией Парижского соглашения и продление программы поддержки ВИЭ до 2035 г., считает Жихарев.

Представители «Роснефти», «Лукойла» и «Газпром нефти» не ответили на запросы «Ведомостей».

Мировые потоки инвестиций в возобновляемые источники энергии

Основные мировые рынки для инвестиций

Согласно оценкам REN21, в 2017 году 74% глобальных инвестиций получили три мировых лидера по производству электроэнергии посредством ВИЭ – Китай, Европа и США. В частности, на долю Китая приходилось 45% мировых инвестиций, что на 10% больше, чем в 2016 году. На втором месте – Европа (15%): Европейский инвестиционный банк выделил в 2017 году 4,3 млрд евро на инициативы в энергетическом секторе. Третье и четвертое места разделили США (14%) и Азия-Океания, исключая Китай и Индию (11%). Меньшие доли в Северной и Южной Америке, за исключением Бразилии и США (5%), Индии (4%), на Ближнем Востоке и в Африке (4%) и Бразилии (2%).

В 2018 году глобальные инвестиции в чистую энергию составили 332,1 млрд долларов США (рис. 1). К слову, в 2017 году капиталовложения также превысили 300 млрд долл.. Но если не принимать во внимание гидроэнергетические проекты мощностью более 50 МВт, то общая сумма инвестиций составила 279,8 млрд долл. США (рис. 2).

Инвестиции в новые ВИЭ (включая всю гидроэнергетику) в три раза превышают приток иностранных вложений в мощности по производству ископаемого топлива и вдвое – в ископаемое топливо и ядерную мощность, вместе взятые. В 2017 году по-прежнему лидерами для инвесторов были солнечные фотоэлектрические и ветряные электростанции, составляющие 57% и 38% соответственно. Солнечная энергия – единственная из технологий, объем инвестиций в которую увеличился на 18% в 2017 году по сравнению с 2016 годом (рис. 3).

Распределение инвестиций по странам и регионам

В 2015 году развивающиеся и страны с переходной экономикой впервые обогнали развитые страны по объему инвестиций в ВИЭ, а в 2017-м – расширили лидерство, в основном за счет Китая, составив рекордные 63%. Изменения в размере капиталовложений в ВИЭ варьировались в зависимости от региона, увеличиваясь в Китае, Латинской Америке (включая Бразилию), на Ближнем Востоке и в Африке, но снижаясь в Европе, Соединенных Штатах, Азии и Океании (исключая Китай), Японии и Индии (рис. 4, 5 и 6).

Читать еще:  Как зарабатывать дома без вложений

Китайские инвестиции в возобновляемую энергию и топливо достигли рекордных 126,6 млрд долларов США в 2017 году, увеличившись на 31% по сравнению с 2016 годом. Большая часть всей солнечной энергии в Китае приходится на солнечные энергетические установки общего пользования более 1 МВт, в то время как инвестиции страны в развитие небольших солнечных фотоэлектрических проектов увеличились почти в пять раз. Для сравнения, общий объем инвестиций Китая в ветроэнергетику составил 36,1 млрд долларов США; инвестиции в наземную ветроэнергетику сократились на 28%, в то время как оффшорная ветроэнергетика увеличилась на 180% до 10,8 млрд долларов США. Китай также инвестировал значительные средства в крупную гидроэнергетику, введя в эксплуатацию 7,3 гигаватта (ГВт) в 2017 году, большая часть которых была проектами мощностью более 50 МВт.

Объем инвестиций в Европу составил 40,9 млрд долларов США в 2017 году, что на 36% ниже по сравнению с 2016 годом (рис. 5). На долю активов приходится 74% инвестиций региона, 30,4 млрд долларов США, из которых 26,7 млрд инвестировано в ветроэнергетику и 2,8 млрд – в солнечную энергию.

В Великобритании сократили объемы инвестиций на 65% до 7,6 млрд долларов США. А вот Германия стала крупнейшим европейским инвестором с 10,4 млрд долларов США, несмотря на сокращение на 35% по сравнению с 2016 годом. Инвестиции увеличили такие страны, как Швеция (рост на 127% до 3,7 млрд долларов США), Нидерланды (рост на 52% до 1,8 млрд долл.) и Греция (рост на 287% до 0,8 млрд долл.).

Соединенные Штаты по-прежнему были крупнейшим индивидуальным инвестором среди развитых стран: в 2017 году их общее количество составило 40,5 млрд долларов США, что на 6% меньше по сравнению с 2016 годом. Финансирование активов коммунального сектора оставалось стабильным, составив 29,3 млрд долл. США, при этом доля ветроэнергетики составляла 67%. Хотя небольшая распределенная мощность (на крыше и другие системы солнечной энергии менее 1 МВт) также привлекла значительные суммы, общая сумма в 8,9 млрд долл. США снизилась на 12% по сравнению с 2016 годом, отчасти из-за реструктуризации рынка.

В Азии и Океании (за исключением Китая и Индии) приток иностранных инвестиций сократился на 12% до 31,4 млрд долларов США. Это самый низкий показатель с 2013 года, в основном из-за спада экономики Японии, ключевого нетто-экспортера капитала в мире. Инвестиции Японии продолжали сокращаться в 2017 году, снизившись с 2016 года на 28% до 13,4 млрд долларов США. Другие рынки в регионе с понижением включают Таиланд (снижение на 72% до 700 млн долл. США) и Филиппины (снижение на 77% до 300 млн долл. США). Тем не менее, некоторые страны отметили заметное увеличение инвестиций, в том числе Индонезия (рост на 67% до 1,0 млрд долл. США) и Пакистан (рост на 42% до 700 млн долл. США).

Инвестиции в Индию сократились на 20% по сравнению с 2016 годом и составили 10,9 млрд долларов США. Соединенные Штаты инвестировали 6,7 миллиардов долларов в новые солнечные электростанции (рост на 3%), а 4 миллиарда долларов США было инвестировано в ветроэнергетику в течение 2017 года (снижение на 41%).

В Северной и Южной Америке (за пределами Бразилии и США) инвестиции составили 13,4 млрд долларов США (рост на 124%). Инвестиции в Мексику и Аргентину подскочили примерно в девять раз, до 6 и 1,8 млрд долларов США соответственно. В других странах региона наблюдалось меньшее увеличение.

Общий объем инвестиций Бразилии составил 6 млрд долл. США, увеличившись на 8% по сравнению с 2016 г., но это намного ниже пиковой суммы в 11,5 млрд долл. США в 2008 году. Большая часть инвестиций Бразилии в 2017 году была направлена в ветроэнергетику.

Инвестиции на Ближнем Востоке и в Африке в совокупности увеличились на 11% в 2017 году до 10,1 млрд долларов США при существенном увеличении в Египте и Объединенных Арабских Эмиратах. Инвестиции выросли в шесть раз в Египте, до 2,6 млрд долларов США, и в 29 раз в ОАЭ, до 2,2 млрд долларов США. В Иордании инвестиции выросли на 26% до рекордных 1,1 млрд долларов США.

Распределение инвестиций по типу

  • Объем инвестиций в глобальные исследования и разработки (НИОКР) вырос на 6% в 2017 году до рекордного уровня в 9,9 млрд долларов США (рис. 7). Вложения в правительственные НИОКР остались без изменений по сравнению с 2016 годом, составив 5,1 млрд долларов США, в то время как в корпоративные увеличились на 12% до 4,8 млрд долларов США. Европа снова стала крупнейшим региональным инвестором в исследования и разработки, и в 2017 году рост инвестиций составил 8% (до 2,7 млрд долл. США).
  • Финансирование активов коммунальных проектов в течение года составило 216,1 млрд долларов США, увеличившись на 0,2% по сравнению с 2016 годом, с солнечными энергетическими проектами в Китае на первом месте, которые составили 64,9 млрд долл.
  • Малые инвестиции в распределенную мощность,или инвестиции в солнечные фотоэлектрические системы мощностью менее 1 МВт, увеличились на 15%. Небольшие инвестиции в Китае в 2017 году выросли в пять раз. В то время как инвестиции в эту категорию сократились в США (-12%) и Японии (-38%).
  • Инвестиции на биржевых площадках в компании и фонды ВИЭ сократились на 6% до 5,7 млрд долларов США. Это минимальный показатель с 2012 года.
  • Венчурный капитал и частные инвестиции в ВИЭ также сократились на 33%. В 2017 году до 1,8 млрд долл. США, продолжая тенденцию к снижению с учетом развития сектора и по мере того, как НИОКР в области ветровой и солнечной энергетики все больше переходят в руки крупных производителей.
  • Активность по приобретению, которая не учитывается как часть новых инвестиций в 332,1 млрд долларов США, упала на 1% до 114 млрд долларов после четырех лет роста. Корпоративные слияния и поглощения сократились. Выкуп частных акций рекордно вырос – в пять раз до 11,2 млрд долларов США. Приобретение активов и рефинансирование оставались самой крупной категорией приобретений: сделки на 87,2 млрд долларов США, увеличившись на 14% по сравнению с 2016 годом. Европа обогнала США и стала лидировать, увеличив свою активность на 26% до 37,2 млрд долларов США.

Потенциал для инвестиций в ВИЭ в Украине

Международное агентство по возобновляемой энергии (IRENA) в 2015 году представило программу REmap 2030. Это серия дорожных карт по ВИЭ будущего, с указанием реального потенциала для отдельных стран, включая Украину. Программа содержит информацию, как расширить использование возобновляемых источников энергии и тем самым помочь удвоить долю этих технологий в мире энергетического баланса к 2030 году. Над REmap 2030 совместно работали специалисты IRENA и эксперты из разных стран.

На рисунке 8 показаны изменения в производстве электроэнергии между 2009 и 2030 годами. Общее производство увеличится на 48,1% за весь период, с 189 ТВт/ч до 284 ТВт/ч.

Согласно рисунку 9 увеличение доли ВИЭ в энергетическом секторе прогнозируется почти вдвое. Для промышленности доля должна прыгнуть с 0,2% до 13,3%, а в строительстве – с 6,8% до 12,3%.

На рисунке 10 показаны прогнозы использования ВИЭ в общем конечном потреблении энергии.

Читать еще:  Mirr инвестиционного проекта

Во время Х Международного Форума и Выставки Устойчивой Энергетики Центральной и Восточной Европы SEF 2018 KYIV, который проходил в октябре 2018 года, был озвучен прогноз, что до 2030 г. мощность ВИЭ в Украине возрастет в 9-10 раз и превысит 12 ГВт. Стоит отметить, что в 2018 году в эксплуатацию ввели в 3 раза больше электростанций, которые производят энергию из ВИЭ, по сравнению с 2017 годом. По состоянию на октябрь 2018 года Европейский банк уже инвестировал больше 123 млн евро в 11 проектов ВИЭ в Украине. В этом году в Украине планируется инвестировать 4 млрд евро в возобновляемые источники энергии. А это значит, что у нашей страны большой потенциал для развития ВИЭ и есть еще, куда инвестировать.

Инвестиции в возобновляемую энергетику мира

По подсчетам Bloomberg, инвестиции в отрасль возобновляемой энергетики в 2018 году составили во всем мире $289 млрд, причем сюда не входят вложения в большие ГЭС мощностью свыше 50 МВт. Сумма выглядит солидной, но в действительности она на 11% меньше, чем была годом ранее (более $326 млрд).

Аналитики центра REN21, работающего под эгидой Программы ООН по окружающей среде, называют снижение инвестиций одной из десяти ключевых тенденций в «зеленой» энергетике в 2018 году. Причиной тому стало не падение интереса инвесторов, а упрощение и удешевление технологий, уверяют они: солнечные батареи и ветряки становятся все дешевле.

Снижение инвестиций в 2018 году не меняет общей картины: уже девятый год подряд вложения в отрасль стабильно превышают $230 млрд, пишут аналитики REN21 в ежегодном обзоре возобновляемой энергетики. Если же включать в «зеленую» энергетику все ГЭС вплоть до самых крупных, вложения в отрасль превышают совокупные инвестиции в энергетику на других источниках четвертый год подряд.

Мировым лидером по объему инвестиций в «зеленую» энергетику является Китай: в 2018 году совокупные вложения (то есть запуск мощностей, научные разработки, государственное и частное финансирование) там составили $91,2 млрд. Это вдвое больше, чем инвестировали США, и около трети от общих вложений в мире.

Политика Пекина — единственная причина снижения мировых инвестиций в отрасль в прошлом году. Долгие годы «зеленая» энергетика Китая подпитывалась щедрыми субсидиями властей. Оплачивал все это потребитель через коммунальную платежку. Но поля солнечных батарей разворачивались в малонаселенных районах, где для таких мощностей нет ни потребностей, ни соответствующей инфраструктуры. В мае 2018 года власти урезали размер субсидий, из-за чего инвестиции в солнечную энергетику Китая по итогам года составили $40 млрд против $89 млрд в 2017-м. Если бы не это, общее финансирование «зеленой» энергетики в мире за прошлый год показало бы даже рост.

Второе место, после Китая, с $48,5 млрд инвестиций в 2018 году занимают США, следом с большим отрывом идут Япония ($18,3 млрд), Индия ($15,4 млрд), Австралия ($9,5 млрд) и Великобритания ($8,3 млрд). Всего в мире 19 стран, вложивших за прошлый год более $2 млрд в «зеленую» энергетику. Одной из них впервые стала Украина, где объем инвестиций за год вырос в 15 раз, до $2,4 млрд. Россия в этот список не входит.

Практически все деньги в поддержку отрасли идут на развитие либо солнечной (48% всех инвестиций), либо ветряной энергетики (46% вложений). Опять же, сейчас это сопоставимые цифры — $139 млрд и $134 млрд соответственно, но в предыдущие годы солнечные батареи привлекали гораздо больше средств, чем ветряки. Описанные выше события в Китае обвалили мировой рынок инвестиций в солнечную энергетику на 22%, тогда как рынок ветровых установок прибавил в прошлом году 2%.

Серьезный скачок сделала биоэнергетика: с новыми проектами в Японии, Великобритании, ОАЭ и даже Сербии инвестиции в этот сектор за год выросли в 1,5 раза, до почти $9 млрд. Выработка биотоплива, геотермальные станции и небольшие ГЭС занимают совсем незначительную долю мировых инвестиций.

ГЭС мощностью свыше 50 МВт не входят в классификацию «зеленой» энергетики Bloomberg, но аналитики REN21 подсчитали, что в 2018 году такие проекты привлекли $16 млрд инвестиций. Годом ранее, когда в США и Китае финансировали строительство нескольких крупных плотин, показатель был на 60% выше.

Для понимания, из почти 200 российских ГЭС только 62 плотины имеют мощность более 50 МВт. Крупнейшая из них, Саяно-Шушенская ГЭС, обладает установленной мощностью 6,4 ГВт.

Сейчас основным способом использования биомассы в энергетике является отопление. Четверть тепловой энергии жилые и коммерческие здания во всем мире получают от биотоплива. В подавляющем большинстве случаев это использование традиционной биоэнергии — банальный обогрев горящими поленьями используют в беднейших регионах земли, и точную статистику тут собрать трудно. Современную биоэнергетику используют городские власти для центрального отопления кварталов, где на нее приходится 95% всех используемых возобновляемых источников энергии.

В промышленности традиционное биотопливо не используется, а современные технологии обеспечивают 6,1% нужд в тепловой энергии. Перспективы применения, отмечают авторы обзора, зависят от конкретной отрасли. Сталелитейной промышленности низкотемпературное биотопливо не подходит, тогда как на цементном производстве оно может успешно заменить используемый сейчас для выработки тепла каменный уголь.

В меньшей степени биотопливо применяется на транспорте (3% потребляемой энергии) и для выработки электричества (2,1%). Основной объем энергии из биологических источников на транспорте получают автомобили, хотя замещение биотопливом керосина для самолетов входит в планы многих авиакомпаний.

  • мелкомасштабная установка солнечных батарей ($36,3 млрд);
  • НИОКР ($13 млрд, причем $7,5 млрд пришлось на частное финансирование разработок и только $5,5 млрд — на государственное);
  • привлечение финансирования на открытом рынке ($6 млрд);
  • прямые венчурные и частные инвестиции ($2 млрд).

Сейчас финансовые потоки в отрасль возобновляемой энергетики продолжают сужаться. За первый квартал 2019-го они составили $45,4 млрд, что на 29% ниже, чем за аналогичный период прошлого года. Если так пойдет и дальше, в этом году инвестиции в «зеленую» энергетику окажутся ниже $200 млрд впервые с 2009-го. Исправить положение может нарастающий тренд отказа от угольной энергетики, вот только сэкономленные на этом деньги необязательно идут на поддержку возобновляемых источников, отмечают аналитики REN21.

Возобновляемые источники энергии: новая революция или очередной пузырь

Новости о рекордах в области использования ВИЭ не сходят с новостных лент в последние несколько лет. По информации Международного агентства по возобновляемой энергетике (IRENA), в период 2013-2015 годов доля ВИЭ в новых мощностях в электроэнергетике уже составляет 60%. Ожидается, что еще до 2030 года возобновляемые сместят уголь на второе место и выйдут в лидеры в балансе генерации электроэнергии (по прогнозу МЭА, треть объемов электроэнергии к этому году будет производиться с помощью ВИЭ). С учетом динамики ввода новых мощностей эта цифра выглядит не слишком фантастической — в 2014 году доля возобновляемых в мировом производстве электроэнергии составляла 22,6%, а в 2015 году — 23,7%.

Однако под общим термином ВИЭ скрываются очень разные источники энергии. С одной стороны, это давно и успешно эксплуатируемая крупная гидроэнергетика, а с другой — относительно новые виды — такие как солнечная энергетика, ветер, геотермальные источники и даже совсем экзотическая энергия волн океана. Доля гидроэнергетики в выработке электроэнергии в мире остается стабильной — 18,1% в 1990 году, 16,4% в 2014 году и примерно такая же цифра в прогнозе на 2030 год. Двигателем стремительного роста ВИЭ за последние 25 лет стали именно «новые» виды энергии (прежде всего, солнечная и ветроэнергетика) — их доля увеличилась с 1,5% в 1990 году до 6,3% в 2014 году и предположительно догонит гидроэнергетику в 2030 году, достигнув 16,3%.

Читать еще:  Как можно заработать дома без вложений

Несмотря на такие бурные темпы развития ВИЭ, остается довольно много скептиков, сомневающихся в устойчивости этого тренда. Например, Пер Виммер, в прошлом сотрудник инвестиционного банка Goldman Sachs, а ныне основатель и руководитель собственной инвестиционно-консалтинговой компании Wimmer Financial LLP, считает, что ВИЭ — это «зеленый пузырь», аналогичный пузырю доткомов 2000 года и ипотечному кризису в США 2007-2008 годов. Интересно, что Пер Виммер — гражданин Дании, страны, которая уже давно является лидером в секторе ветроэнергетики (в 2015 году на датских ветряных электростанциях было произведено 42% потребленной в стране электроэнергии) и стремится стать самым «зеленым» государством если не в мире, то уж точно в Европе. Дания планирует полностью отказаться от использования ископаемых источников топлива к 2050 году.

Основной аргумент Виммера состоит в том, что энергия ВИЭ является коммерчески неконкурентоспособной, а проекты с ее использованием — неустойчивыми в долгосрочной перспективе. То есть «зеленая» энергия — слишком дорогая по сравнению с традиционной, и развивается она только благодаря государственной поддержке. Высокая доля долгового финансирования в проектах ВИЭ (до 80%) и его растущая стоимость приведут, по мнению эксперта, либо к банкротству компаний, реализующих проекты в сфере «зеленой» энергетики, либо к необходимости выделения все большего объема средств государственной поддержки для удержания их на плаву. Однако Пер Виммер не отрицает, что ВИЭ должны играть свою роль в энергообеспечении планеты, но государственную поддержку предлагает оказывать только тем технологиям, которые имеют шанс стать коммерчески рентабельными в течение следующих 7-10 лет.

Сомнения Виммера не беспочвенны. Наверное, один из самых драматичных примеров — это компания SunEdison, которая в апреле 2016 года подала заявление о банкротстве. До этого момента SunEdison была одной из самых быстро растущих американских компаний в области ВИЭ, стоимость которой летом 2015 года оценивалась в $10 млрд. Только за три года, предшествующих банкротству, компания инвестировала в новые приобретения $18 млрд, а всего было привлечено $24 млрд акционерного и заемного капитала.

Перелом в отношении инвесторов наступил, когда SunEdison неудачно попыталась поглотить за $2,2 млрд компанию Vivint Solar Inc, занимающуюся установкой солнечных панелей на кровли домов, что совпало со снижением цен на нефть. В результате цена акций SunEdison упала с пиковых значений (более $33 в 2015 году) до 34 центов в момент подачи заявления о банкротстве. История SunEdison — тревожный, но не однозначный сигнал для индустрии. Согласно оценкам аналитиков, проекты у компании были «хорошие», а причина банкротства была в слишком быстром росте и больших долгах.

Однако динамика индекса MAC Global Solar Energy Stock Index (индекс, который отслеживает изменение котировок акций более 20 публичных компаний, работающих в секторе солнечной энергетики со штаб-квартирами в США, Европе и Азии) за последние четыре года также не внушает оптимизма.

Вопрос о субсидиях тоже выглядит неоднозначным. С одной стороны, объем государственной поддержки ВИЭ в мире растет с каждым годом (в 2015 году, по оценкам МЭА, он приблизился к $150 млрд, 120 из которых приходились на сектор электроэнергетики, без учета гидроэнергетики). С другой — ископаемые источники энергии также субсидируются государствами, причем в значительно больших масштабах. В 2015 году объем таких субсидий оценивался IEA в $325 млрд, а в 2014 году — в $500 млрд. При этом эффективность субсидирования технологий ВИЭ постепенно повышается (субсидии в 2015 году выросли на 6%, а объемы новой установленной мощности — на 8%).

Также растет, причем стремительно, конкурентоспособность ВИЭ за счет снижения стоимости производства электроэнергии. Для сравнения себестоимости различных источников электроэнергии часто используется показатель LCOE (levelized cost of electricity — полная приведенная стоимость электроэнергии), при расчете которого учитываются все затраты как инвестиционного, так и операционного характера на полном жизненном цикле электростанции соответствующего типа. По данным компании Lazard, которая ежегодно выпускает оценки LCOE для разных видов топлива, для ветра этот показатель за последние 7 лет снизился на 66%, а для солнца — на 85%.

При этом нижние уровни диапазона оценки LCOE для ветровых и солнечных электростанций промышленного масштаба уже сопоставимы или даже ниже значений этого параметра для газа и угля. Несмотря на то, что методология LCOE не позволяет учесть все системные эффекты и потребности в дополнительных инвестициях (сети, базовые резервные мощности и другое), это означает, что проекты в ветро- и солнечной энергетике становятся конкурентоспособны по сравнению с традиционными видами топлива и без государственной поддержки.

Еще одной характеристикой этого тренда является темп снижения цен, заявляемых энергокомпаниями на аукционах по покупке крупных объемов электроэнергии посредством PPA (power purchase agreement — соглашение о поставках электроэнергии). Например, очередной рекорд для солнечной энергетики в размере 2,42 цента за кв/ч был поставлен консорциумом, состоящим из китайского производителя панелей JinkoSolar и японского девелопера Marubeni, в 2016 году в Объединенных Арабских Эмиратах. Не далее как в 2014 году самый низкий бид на подобных аукционах стоил выше 6 центов за кв/ч.

В заключение следует еще раз вспомнить о ключевых причинах бурного развития ВИЭ в мире. Основной фактор, стимулирующий развитие возобновляемых — это все-таки декарбонизация, то есть принятие мер по сокращению выбросов парниковых газов для борьбы с глобальным потеплением. На это было нацелено принятое 12 декабря 2015 года и вступившее в силу 4 ноября 2016 года Парижское соглашение об изменении климата.

Среди других выгод перехода на ВИЭ можно отметить улучшение экологической обстановки, снабжение энергодефицитных и удаленных районов, а также развитие технологий и появление новых рабочих мест. За последние несколько лет использование ВИЭ стимулировало создание одной из самых высокотехнологичных отраслей промышленности в мире. Объем инвестиций в эту отрасль в 2015 году оценивался в $288 млрд США. 70% всех инвестиций в генерацию электроэнергии было сделано в секторе возобновляемых источников энергии. В данном секторе (не считая гидроэнергетику) в мире занято более 8 млн человек (например, в Китае их число составляет 3,5 млн).

Сегодня развитие возобновляемых источников энергии нужно рассматривать не в изоляции, а как часть более широкого процесса Energy Transition — «энергетического перехода», долгосрочного изменения структуры энергетических систем. Этот процесс характеризуется и другими важными изменениями, многие из которых усиливают «зеленую» энергетику, повышая ее шансы на успех. Одним из таких изменений является развитие технологий хранения энергии. Для зависящих от погодных условий и времени суток ВИЭ появление подобных коммерчески привлекательных технологий, очевидно, станет большим подспорьем. Мировой процесс развития новой энергетики является необратимым, но четкий ответ на вопрос о его месте и роли в российском ТЭК еще предстоит сформулировать. Главное сейчас: не упустить окно возможностей — ставки в этой гонке довольно высоки.

Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты 220 Вольт
Adblock
detector